Пример комплексной реконструкции мощностей предприятия-заказчика: строительство чистых производственных помещений, поставка промышленной мебели и контрольного оборудования
Компания «Диполь» привлекла наше внимание тем, что она, по сути, является EPC-компанией для российского высокотеха (прим. Аббревиатура EPC расшифровывается как Engineering, Procurement, Construction (инжиниринг, снабжение, строительство)). «Диполь» выполняет весь комплекс работ по созданию современного предприятия, проектирует и возводит производственные помещения с инженерной и технологической инфраструктурой под любые задачи заказчика, и все это в самых высокотехнологичных секторах нашей промышленности. Компания также оснащает предприятия инновационным технологическим оборудованием, проводит сервисные работы, поставляет технологические материалы. Одно из основных направлений ее деятельности — модернизация и технологическая поддержка предприятий радиоэлектронной промышленности. «Диполь» также принимает участие в различных космических проектах, в авиастроении, энергетике и ряде других отраслей.
Мы беседуем с председателем совета директоров группы компаний «Диполь» Николаем Ковалевым.
— Когда была создана ваша компания? Какие проблемы возникали при развитии?
— Компания основана в 1992 году инженерами, которые специализировались на измерениях и испытаниях в радиосфере. Это было время становления бизнеса в России. После распада Советского Союза нарушились связи между крупными предприятиями, которые производили измерительную технику. В советские времена они распространяли свою продукцию через единый общероссийский магазин-салон «Приборы», который потом перестал функционировать. И «Диполь» взял на себя функцию распределения измерительной техники в России. Я пришел в «Диполь» в 1996 году. Постепенно основатели бизнеса стали уходить в другую тематику, а я продолжал считать, что поставки измерительной техники не теряют актуальности. В итоге в 1998-м году стал владельцем компании. На тот момент в компании было всего три человека: я, главный бухгалтер и секретарь.
Председатель совета директоров группы компаний «Диполь» Николай Ковалев
В самом начале 2000-х годов мы стали активно развивать другие направления. В 2005-м занялись технологическим оборудованием для производства электроники, потому что у наших предприятий-заказчиков была существенная потребность в таком оборудовании. А в 2010 году компания открыла собственное производство промышленной мебели с антистатическими свойствами. Это было интересное для нас сопутствующее направление, потому что наши заказчики без такой мебели не могли работать. При этом мы участвовали в деятельности международного электростатического комитета по разработке соответствующих стандартов, а потом внедряли эти стандарты в России. Мы и сейчас активно развиваем это производство.
Замечу, что большая часть необходимых нам технологий и оборудования производилась и производится за рубежом, откуда мы получали актуальные знания и выстраивали свой сервис. В принципе, бизнес «Диполь» — это бизнес трансфера технологий практически во всех направлениях производства электроники: от микроэлектроники до сборочных крупноузловых процессов, от техники измерений и испытаний, необходимой для разработчиков электроники и производителей, до техники, необходимой непосредственно для выпуска изделий.
Но мы также всегда думали о том, что и каким образом можем сами придумать и произвести. И где-то с 2015 года у нас действует собственное конструкторское бюро, свои разработчики. При этом мы используем принцип управления разработками — наши главные конструкторы формулируют ТЗ на востребованные приборы и заказывают у сторонних разработчиков разные узлы, которые потом соединяют у нас. Таким образом у нашей компании появилась собственная линейка измерительной техники, а в последнее время мы развиваем и собственную линейку технологического оборудования.
"Мы получаем конструкторскую документацию, изготавливаем и испытываем опытные партии изделий, готовим их к серийному производству, дорабатываем конструкторскую документацию и дальше размещаем заказ на контрактных производствах"
Мы также занимаемся импортозамещением. Хотя, наверное, в нашем случае это больше «импортосовмещение», потому что в электронике многое импортозаместить пока практически невозможно, но возможно грамотно находить ниши и встраивать в них свой продукт, сохраняя его жизнеспособность и обеспечивая его развитие.
В ответ на возникший запрос наших заказчиков мы параллельно начали развивать у себя строительный департамент. То есть теперь мы можем заниматься не только проектированием технологического процесса до его полного ввода в эксплуатацию — на многих предприятиях и во многих проектах мы выступаем и как проектировщик, и как генподрядчик строительства отечественных производств. Сейчас мы достаточно успешно развиваем эту свою компетенцию. Мы заключаем так называемые контракты EPC, когда надо отвечать за полный цикл организации производства, например, микроэлектроники, а не просто за отдельные виды поставок или отдельные виды работ. Так что «Диполь» вполне можно назвать ЕРС-компанией.
— Какие предприятия входят в вашу группу компаний?
— В группу компаний входит предприятие, которое производит промышленную мебель и лабораторное оборудование, — «Диполь Производство». Предприятие, которое занимается промышленным технологическим оборудованием, — «Диполь Технологии». А «Диполь Интеграция», где у нас заняты порядка 20 разработчиков программного обеспечения, занимается разработкой собственных IT-решений для современных производств. Среди них МЕS-система «Диполь.КУПОЛ» - это система управления производственными процессами, которая интегрируется с верхней системой, с программой 1С, с бухгалтерией и так далее. Это наша уникальная разработка, на собственной платформе.
Оборудование сборочной линии на предприятии заказчика
Компания разрабатывает свою программу ЭМИКА для автоматизации измерений, испытаний и исследований. Это среда графического программирования (LowCode-редактор), с помощью которой любой инженер может легко, как из кубиков, разработать собственную последовательность операций, например, испытаний. Эта программа связывает группу приборов или группу оборудования в единую управляемую модель — включает приборы, снимает показания и в конце выдает распечатку результата. Это замена большого импортного программного продукта под названием LabVIEW, которым раньше все пользовались, но сейчас по понятным причинам в России его нет. Нам удалось не только заместить LabVIEW, но и существенно превзойти его по некоторым параметрам.
Заканчивая разговор о разработке ПО, отмечу продукт METLAB. Это программа автоматизации всей метрологии на предприятиях, позволяющая управлять всем процессом обслуживания средств измерений.
В продолжение перечня предприятий нужно сказать, что упомянутым выше строительством занимается также отдельная наша компания.
Наконец, есть направление, отвечающее за внедрение 3D-технологий в промышленность. Это большой инжиниринговый центр аддитивного производства – «Диполь ЦАТ». В Центр аддитивных технологий обращаются промышленные предприятия с заказом на производство деталей и ключевых инженерных узлов. Как вариант — приносят свое изделие, мы его сканируем, осуществляем реверс-инжиниринг, получаем 3D-модель и дальше печатаем либо из пластика, либо из титановых, алюминиевых, стальных порошков. Это могут быть конечные изделия или прототипы, которые потом идут на испытания. ЦАТ является демо-площадкой для нашего коммерческого департамента: предприятия сначала отрабатывают интеграцию аддитивных технологий в свое производство на базе нашего центра. Если все нравится и корректно работает, они приобретают у нас оборудование. Мы открыли ЦАТ в 2025 году, и уже за год он показал неплохие результаты. В число заказчиков Центра входят ведущие предприятия российской промышленности.
"Сейчас у нас есть общая инжиниринговая надстройка, которая под наши проекты может собирать группы специалистов, способные решать все задачи, от проектирования до выпуска конечного изделия"
— Рассказ о вашей компании напомнил о советских институтах, чье название начиналось с сокращения ГИПРО — государственный институт проектирования. Эти институты занимались именно комплексным проектированием заводов и технологических процессов. Институты с таким названием были во всех отраслях экономики, а многие сохранились до нашего времени.
— В общем, вы правы. Действительно, основное направление работы нашей компании — это инжиниринг. Мы стараемся предлагать нашим заказчикам полный комплекс услуг. Раньше мы развивались в отдельных сегментах — например, только поверхностный монтаж, микроэлектроника, измерительное, испытательное оборудование. Сейчас у нас есть общая надстройка в виде инжиниринга, которая объединяет все наши направления для решения комплексных задач по созданию современных производств: от проектирования до выпуска конечного изделия. Вот это и есть суть нашей деятельности сейчас.
При этом продолжаем заниматься продажами оборудования, и всем остальным, с чего мы начинали и за счет чего в том числе развиваются наши компетенции.
Поскольку мы создаем сложные измерительные стенды под задачи заказчиков, они собираются из разного оборудования. Конечно, в какой-то части это импортное оборудование, но мы активно работаем и с отечественными предприятиями. Например, с ООО «Планар» и АО НПФ «Микран» (российские разработчики и производители высокотехнологичного электронного оборудования мирового уровня. — «Стимул»).
— Вы сказали, что разрабатываете в том числе собственное оборудование. Но, я так понимаю, вы и заказываете разработки?
— Да. Мы управляем разработками в разных группах. Получаем конструкторскую документацию, изготавливаем и испытываем опытные партии изделий, готовим их к серийному производству, дорабатываем конструкторскую документацию и дальше размещаем заказ на контрактных производствах. В России их достаточно много. Качественно подготовленная конструкторская документация позволяет дать поручение стороннему изготовителю.
— А какое соотношение собственных разработок и заказных?
— Я думаю, что на 80 процентов это управление разработками. Но нельзя сказать, что мы просто что-то заказываем на стороне. Мы заказываем разные узлы, которые потом сводятся в нашем конструкторском бюро в единую разработку.
Например, сейчас у нас будет выпускаться осциллограф, самый применимый базовый прибор, который закрывает очень широкий ряд потребностей разработчиков, инженеров-диагностов, сервисных инженеров, регулировщиков РЭА и других специалистов, работающих с электроникой. Но в основном мы являемся держателями конструкторской документации и технологий. Мы инициируем разработку, разрабатываем, собираем, доводим до опытных образцов и далее организуем серийное производство.
— То есть вы вначале разрабатываете некий общий проект и под него заказываете узлы…
— В основном да. Тем не менее за финальный продукт всегда отвечаем только мы. Разработка технической документации, конструкторской документации со всеми литерами — она идет уже у нас.
— А как выстроена команда ваших разработчиков?
— У нас есть генеральный конструктор и под ним различные направления. Под генеральным конструктором и под нашим научно-техническим советом находится несколько десятков разработок.
Рабочие помещения, оборудованные промышленной и лабораторной мебелью Viking
— Работаете ли вы за рубежом в качестве поставщиков услуг или, может, экспортируете какие-то изделия?
— Ранее у нас действовала достаточно большая сеть продаж промышленной мебели и технологического оборудования в Европе: свое представительство в Чехии и порядка 30 представителей в других странах. Чешский офис консолидировал нашу деятельность по поставке в основном промышленной мебели и сопутствующего оборудования для оснащения рабочих мест. К сожалению, в 2022 году нам пришлось закрыть это представительство и переместиться в Турцию. Но сейчас приоритетный для нас рынок — это Юго-Восточная Азия и арабские страны. Именно там (в Китае чуть сложнее) идут наиболее успешные продажи.
— Как вы работаете над развитием компании? Есть ли у вас стратегия развития как документ? Кто ее определяет?
— Конечно, мы действуем по стратегии, утвержденной на совете директоров. Стратегия — это коллективно разработанный продукт. В ней мы определяем, что хотим собой представлять, какими хотим быть. Есть, конечно, и тактика, которая обычно стратегию очень сильно ограничивает, потому что время от времени случаются всевозможные события. За тридцать с лишним лет мы прошли несколько турбулентных периодов: дефолты, кризисы экономические и политические, падение стоимости нефти, рост рубля, санкции и так далее — чтобы продолжать функционировать, приходится постоянно приспосабливаться. Но стратегически мы знаем, куда мы идем, как мы хотим выглядеть, что мы хотим сделать из своей компании через десять лет. Обычно десятилетка — это тот стратегический промежуток, на котором мы консолидируем свои усилия, чтобы достичь поставленных целей.
"Стратегически мы знаем, куда мы идем, как мы хотим выглядеть, что мы хотим сделать из своей компании через десять лет. Обычно десятилетка — это тот промежуток, на котором мы консолидируем свои усилия, чтобы достичь поставленных целей"
— В начале нашей беседы вы упомянули, что в настоящее время ваша компания выпускает осциллографы. Я сам из электроники, и я помню, что в Советском Союзе это был большой дефицит — осциллографы, рассчитанные на высокие частоты. На каком уровне ваш осциллограф?
— Диапазон 100‒200 мегагерц. Но сейчас мы, например, работаем совместно с ВНИИФТРИ, и у них вы можете увидеть прибор на 1000 мегагерц.
— А сколько всего людей у вас в компании?
— Во всей группе компаний около 700 человек. Костяк — это технологи, инженеры и IT-специалисты. Практически все наши проекты — с IT-наполнением.
Технологи «Диполь» — это люди, которые являются специалистами в разных направлениях технологий производства электроники: в микроэлектронике, поверхностном монтаже, измерительных технологиях, испытаниях, даже по химическим процессам. У нас есть и собственная лаборатория по разработке химических составов.
Изготовление промышленной мебели на заводе ГК «Диполь».
Также в штат входит команда высокопрофессиональных сервисных инженеров, ведь мы не только поставляем оборудование, но и проводим пусконаладочные работы и в дальнейшем занимаемся поддержкой и ремонтом по мере необходимости. Наш сервис действует по всей России в режиме 24/7.
— Готовите ли вы для себя кадры или, может быть, находите их на рынке? Сотрудничаете ли вы с образовательными организациями?
— Нашим отдельным направлением является работа с вузами и техникумами. Яркий пример нашей работы с учебными заведениями — известный в Санкт-Петербурге Колледж электроники и информационных технологий имени Героя РФ В. К. Широкова, который выпускает технических специалистов для предприятий радиоэлектронной отрасли. При нашем участии в колледже установлены целые производственные линии, на которых ребята не только обучаются, но еще и выполняют конкретные задачи, за что получают оплату. Из этого учебного заведения выходят ребята с очень высоким уровнем профессиональной подготовки. Тех, кто не планирует уходить из специальности, предприятия разбирают уже с третьего курса, очень большой спрос на учащихся и выпускников этого колледжа.
— Вы их себе тоже берете?
— Сейчас у нас основной упор сделан на расширение штата опытных технологов, разбирающихся в индустрии, тем не менее опыт выращивания собственных кадров со студенческой скамьи у нас тоже имеется. Мы участвуем в карьерных мероприятиях, проводимых учебными заведениями для привлечения молодежи.
— Есть ли еще в России такие же комплексные компании, которые работают как вы — как я уже сказал, как советские ГИПРО? У вас есть конкуренты?
— Конечно. Наверно, наш основной, так скажем, конкурент-соратник в этой работе — это группа компаний «Остек». Это крупная, хорошо сформированная и уважаемая нами компания. Мы по-разному расставляем акценты в нашей деятельности. Например, коньком «Диполь» является измерительная техника, из которой мы выросли. Но в общем и целом компания «Остек» — это и наш партнер, и наш конкурент, и наш коллега.
